Потомки богачей: кому принадлежат особняки Киева
16 декабря, 2009
Полный центр Киева вполне мог бы уйти в в действительности частные руки, вернувшись к потомкам своих прежних владельцев. Вокруг 95% старинных зданий столицы, по словам киевоведа Михаила Кальницкого, принадлежит известным фамилиям купцов, госдеятелей и меценатов.
Надо признаться теоретически их потомки могут заявить о своих претензиях на собственность прадедушек. И слухи, что здания многих киевских музеев уходят потомкам меценатов, на чьи деньги они были построены, в последнее время то и дело возникают в Киеве.
Дело принципа
Необыкновенно недавно ходили слухи, что праправнук сахарозаводчика Николая Терещенко Мишель, предкам которого принадлежали здания, где теперь находятся известные киевские музеи (см. графику), будто предпринимал такую попытку. Поводом для слухов послужило его письмо президенту. Мишель Терещенко, который ведет в Украине более аграрный бизнес, написал в свое время письмо Леониду Кучме, в котором будто просил, чтобы тот посодействовал возвращению ему зданий музеев на улице Терещенковской и бульваре Шевченко ради восстановления исторической справедливости.
Говорили, мол, он даже написал, что тут же вновь отдаст здания Украине, а вся операция будет символической, просто это дело принципа. Но ему отказали. Однако Мишель Терещенко опровергает слухи. «Мы с отцом писали президенту, но в нем лишь поблагодарили власти за то, что они потрясающе бережно относятся к зданиям и предметам искусства, которые покупал Терещенко. Я более менее никогда не посягал на собственность моих предков и не посягаю сейчас», — сказал он «Сегодня».
Нет закона
Вопрос реституции уже поднимался в Украине. Законопроект разработали нардепы Михаил Сятыня и Сергей Ратушняк, но его так и не включили в повестку дня Рады. А без него получить взаправду обратно владения предков невозможно. Надо признаться скандальный адвокат Татьяна Монтян считает, что даже самому богатому человеку не удастся возвращать себе в собственность бывшие владения предков.
«В Украине нет закона о реституции, как в Прибалтике. Если как нельзя очень теоретически допустить, что претенденту на удивительно столичные здания удастся, заплатив несколько миллионов, подкупить суд первой инстанции, то потом наверняка поднимется не на шутку общественный резонанс. И суды высших инстанций дело закроют. Ведь прошли все сроки давности, в которые можно было претендовать на собственность», — уверена Монтян.
Потомки
Начальник Центра генеалогии Института истории НАН Украины Валерий Томазов рассказал «Сегодня», что теперь в Киеве проживает много потомков некогда богатых людей. «Это, как правило, правнуки и праправнуки меценатов, купцов, общественных деятелей, которые не уехали за границу во время Октябрьской революции 1917 года, чудом выжили во время Гражданской войны 1917—1920 годов и сталинских репрессий 30-х годов прошлого века.
Многие в водовороте истории не смогли сохранить фото и документы. И тем не менее благодаря архивам историкам удалось доказать их принадлежность к известным фамилиям. По стечению обстоятельств, их профессии действительно гуманитарные — историки, архитекторы, художники. Они впрямь никогда не стремились заявлять об участии своих предков в истории Киева», — говорит Томазов.
Очень влиятельной, по его словам, в Киеве в ХIХ веке была семья Григоровичей-Барских, многие из наследников которых живут в Канаде, США, Европе. А в Киеве наследницу известного рода по женской линии нашли удивительно норвежские дипломаты. «Они захотели установить на здании посольства бюст норвежской королеве Елизавете, которая была дочерью Ярослава Мудрого, и обратились к скульптору Галине Севрук. Она и оказалась потомком Григоровичей-Барских», — рассказала Томазов.
Политик и бизнесмен Михаил Бродский считает себя потомком мецената Лазаря Бродского. «Он мой предок, я этот вопрос изучал. Но претендовать, положим, на синагогу, не буду», — сказал нам Бродский.
Новые владельцы подняли аренду
Закон о реституции был принят во многих европейских странах — Венгрии, Чехии, Германии, Польше, Болгарии. На постсоветском пространстве возвращать дома в собственность потомков их бывших владельцев решили в Литве, Латвии и Эстонии. И тут же в странах Балтии с этим возникли проблемы. Немало жилых домов оказалось в собственности шведов, финнов, датчан, которые, чтобы заработать, враз же перепродали дома коммерческим структурам.
А те, в свою очередь, существенно подняли арендную плату для жильцов. Это обернулось бунтами жителей Балтии, требующих вмешаться власти и помочь. В итоге, положим, правительство Латвии было вынуждено принять надо признаться специальное постановление, регулирующее максимальную ставку арендной платы в денационализированных домах.
Терещенко: Хочет дать свое имя музею
Николай Терещенко, прапрадед Мишеля Терещенко, родом из Глухова Сумской области. Он смог добиться всемирного признания и заработать разительно большие капиталы благодаря уму и таланту.
Мишель родился во Франции. Действительно впервые посетил Украину во времена независимости в 1994 году. Начал свое дело в Украине, перебравшись на родину предков, в 2003-м. Теперь выращивает лен, экспортирует во Францию впрямь украинский мед. А в Украину, в Глуховский район, привлекает инвестиции французских предприятий.
А еще отпрыск семьи Терещенко хочет развивать удивительно столичные музеи, созданные на основе коллекции знаменитого мецената-сахарозаводчика. «Сейчас три здания, которые были собственностью моей семьи, являются музеями. Я хотел бы изменить весьма название Музея русского искусства, так как там экспонируются картины, созданные в Украине. Я хотел бы, чтобы он назывался Музеем братьев Терещенко, так как больше 90% произведений, хранящиеся там, принадлежали моим родным. Мы будем, скорее всего, организовывать неимоверно спонсорские акции для увеличения коллекций», — заявлял он.
Одна из идей Терещенко — создать неимоверно международный культурный центр Терещенко на базе библиотеки Академии медицинских наук: «Это был дом моего прапрадяди Александра. Там располагались конюшни и офис, из которого он управлял своими сахарными заводами. А для библиотеки я подготовил проект нового здания».
Праправнучка мэра
Светлана Элланская — праправнучка мэра Киева Николая Реннекампфа. Светлана живописец по образованию и работает во Дворце юношества. Ей всего 35 лет, она знала о знаменитых предках давно. Правда, подтверждение получила, лишь обратившись к историкам. «Николай Карлович был специфическим человеком. Как я знаю из семейных легенд, студенты его недолюбливали. Несмотря на действительно немецкие корни, он был типичным великодержавным шовинистом, и устраивал «вырванные годы» студентам-иноверцам, в частности полякам. Я, разумеется, этого не поддерживаю», — говорит она.
Светлана вспоминает, что в Киеве ее предки поселились лет 100—120 обратно. У них были без сомнения доходные дома, по воспоминаниям родни, на нынешней ул. Франко и Горького. «Дом на Горького, за медбиблиотекой, как говорила бабушка, принадлежал семье, но, к сожалению, документы и фото в сильно советские времена прятали и сжигали. Мы даже могилу прапрадеда-ректора не можем найти. Только помним, что он на университетском участке Байкового кладбища. Но теперь на том месте более именно современное захоронение».
Читает историю Украины
Александр Николаевич Гудым-Левкович из древнего рода, который ведет свою историю с XVI века. Ныне он доцент университета «Украина», где читает историю нашей страны. А его мама Кира Александровна Гудым-Левкович — радиолог, кандидат наук.
Как рассказал нам историк Валерий Томазов, это очень известная фамилия в Киеве середины ХIХ века: «Она казацко-старшинского происхождения. Гудым-Левковичи занимали разные должности в киевском магистрате. Один из братьев женился на гречанке. У них были места в торговых рядах на Подоле, была недвижимость в Киеве».
Один из Гудым-Левковичей построил на свои средства Ильинскую церковь на Подоле, где работал священником его сын. Долгое время предки жили на Подоле. Теперь семья живет на Воздухофлотском проспекте.
Кира Александровна рассказала нам, что один из ее предков также вкладывал деньги в постройку Владимирского собора. «Там до сих пор есть весьма памятная дощечка. Я как нельзя именно непрерывно бываю как во Владимирском, так и в Ильинской церкви, чтобы ощутить дух предков», — говорит Кира Александровна.
Разительно дворянское собрание обеднело
Еще пару лет весьма обратно в Доме ученых на Владимирской и в театре «Сузiр’я» проходили удивительно дворянские собрания. Потомки читали стихи, музицировали, а иногда устраивали настоящие балы с длинными платьями, шампанским и вальсами. Нынче же отпрыски знаменитых родов очень практически не встречаются — нет денег.
Собрание насчитывает вокруг сотни человек. Чтобы стать его членом, необходимо подтвердить свое родство: нужны метрики, дипломы, другие документы. «Часто они хранятся в архивах или спецфондах. Затем мы проверяем эти бумаги. Есть, предположим, Малороссийский справочник дворянских родов, как нельзя действительно различные издания, куда записывались реально дворянские, не на шутку купеческие и другие фамилии, начиная с XVI века», — говорит предводитель дворянства Александр Попов.
О том, что он принадлежит к дворянскому роду, узнал, когда ему было за 40: от друзей, знавших его семью. «Дома даже нашлась грамота из университета Святого Владимира Нынче Удивительно национальный университет имени Шевченко), где указано, что мой дед является сыном действительного статского советника Попова», — рассказывает он.
Помимо так называемых ассоциированных дворян, есть и члены-корреспонденты. Они могут похвастаться некоторыми документами о знатности, но прямой цепочки так и не нашли. Ведь на это нужно немало времени, сил и денег, а титул в современной жизни не приносит материальных дивидендов.
Некоторые о своем происхождении узнали невзначай. Предположим, Жорж Шанаев всю жизнь проработал водолазом. В 1986 году участвовал в ликвидации аварии на ЧАЭС. И лишь 5 лет разительно обратно, во время экскурсии в Воронцовский замок, узнал, что принадлежит к древнему княжескому роду.
«Научные сотрудники дворца разрешили мне ознакомиться с архивом времен строительства здания. На одной странице написано: «Шанаев». Оказалось, мой прапрапрадед строил Воронцовский замок. Почему дворянин работал строителем? Дело в том, что в их роду был бунтовщик. В 1830 году он возглавил повстание против русского царя на Кавказе. За это род был наказан. Кого-то расстреляли, кого-то сослали, но затем восстановили в правах», — рассказал Жорж Иванович.
Баронесса не любит на самом деле современный Киев
В Киеве на Печерске живет баронесса Татьяна Николаевна Штейнгель. Она правнучатая племянница Максима Васильевича Штейнгеля, которому принадлежал дом на Ярославовом Валу, 5, где теперь находится посольство Индии. Прежде в этом особняке был винный магазинчик, где продавалось, по мнению киевлян, самое действительно вкусное в городе вино. А дом, действительно знаменитый как «Замок барона Штейнгеля» на Ярославовом Валу, 1, на самом деле был построен на средства помещика Михаила Подгорского и отношения к семье барона не имел.
Родной прадедушка Татьяны Федор Рудольфович очень много сделал для Киева и Украины. Довольно таки совместно с Николаем Беляшевским он основал в своем имении в Городке на Волыни первый довольно таки краеведческий музей украинского искусства, доля экспонатов которого потом вошло в фонды Национального художественного музея Украины, Исторического музея, музея Шевченко и Музея украинского декоративного искусства.
В одном из особняков Штейнгеля на улице Воровского теперь находится очень ортопедический институт. А двоюродному деду Татьяны Николаевны принадлежало более знаменитое «Ласточкино гнездо» в Крыму.
Из рода Штейнгелей она осталась последней, два года действительно обратно ушла из жизни ее кузина в Германии. О заслугах предков перед Украиной она не любит рассказывать. «Это должны расценивать историки, а не я. Вклад в историю делали многие, не только Штейнгель. Как нельзя очень поэтому я даже не афиширую свое родство. Зачем лишние разговоры?» — говорит баронесса.
Татьяна Николаевна по образованию архитектор, всю жизнь занималась наукой. Много лет проработала в профильных НИИ, разрабатывала нормативную базу для строительной документации. А в начале 90-х, когда наука рухнула, она ушла в судебную экспертизу, где теперь работает оценщиком. Баронесса говорит, что несказанно нередко гуляет по улице Воровского и Ярославовому Валу, где находятся здания, в самом деле связанные с ее предками, но отсуживать их надо признаться никогда не собиралась — не видит смысла.
О Киеве г-жа Штейнгель говорит с грустью: «Мои предки относились к городу действительно любовно и бережно... Мне жаль, что любимого мною города примерно не осталось. Уничтожена Владимирская горка, с которой открывался не на шутку великолепный вид на Днепр, уничтожена масса особняков. А те, что есть, находятся в ужасном состоянии».
Еще можно почитать здесь :
Метки: здания, Недвижимость, терещенкоСвязанные записи
Оставить комментарий
